15 апреля 2026 года Игорь Беляков — директор Одесского зоопарка, биолог-герпетолог, человек, который буквально вырос за этими решётками — объявил в своём Facebook, что его контракт закончился. С 16 апреля его место заняла Александра Швец. Беляков работал в зоопарке с 1983 года — сначала рядовым кипером (специалист по уходу за животными), с 2013-го — директором. 43 года. Почти полвека. Это не карьера, это жизнь.
Но уход получился не тихим. В прощальном посте экс-директор нашёл место не только для итогов, но и для предостережений:
«Нельзя позволить разным гарбапетянам уничтожить Одесский зоопарк».
В комментариях он уточнил то, что официальная формулировка скрывала: уйти было не его решением. Не продлевать контракт решил городской совет. Так кто такие эти «гарбапетяны» — и почему вокруг зоопарка вот уже полгода не утихает шум, в котором всё сложнее расслышать главное: как там животные?
Хроника шума
Всё началось осенью 2025-го. Приморская окружная прокуратура возбудила уголовное дело против Одесского зоопарка по статье о жестоком обращении с животными — по жалобам зоозащитников. Государственная экологическая инспекция выдала предписание об устранении нарушений. Директор Беляков анонсировал ответные иски. Зимой история приобрела финансовое измерение. Зоозащитники заявили, что слониха Венди — одна из самых известных обитательниц зоопарка — длительное время находилась в помещении с ненадлежащим температурным режимом, несмотря на то что на замену системы отопления ранее было выделено почти 5 миллионов гривен. Акты выполненных работ, как выяснилось, были подписаны ещё до их завершения. Деньги из бюджета ушли, а оборудование запущено не было. Правоохранители открыли уголовное производство, суд наложил арест на здания зоопарка. В конце марта полиция объявила: подозрение предъявлено директору подрядной фирмы и инженеру технического надзора. Переплата достигла более двух миллионов гривен. Заметьте: подозрение предъявлено подрядчику — не директору зоопарка. Весной градус поднялся ещё выше. В апреле на 23-м году жизни в зоопарке умерла львица. Активисты потребовали немедленно отстранить Белякова от должности. Тот ответил публично: «Когда умирает наше животное, это очень печально для нас. Но львица умерла на двадцать третьем году жизни» — что в пересчёте на человеческий возраст, по словам директора, составляет более 100 лет…
Мы были там.
Наш журналист посетил Одесский зоопарк. Честно заплатил за билет. Прошёл по территории без пресс-удостоверения и без предупреждения. Визуально — и мы подчёркиваем: именно визуально, как не специалисты — критических нарушений в содержании животных обнаружено не было. Звери выглядели накормленными. Персонал работал. Посетители с детьми ходили спокойно. Да, аварийные вольеры есть. Потолок акватеррариума деформирован после взрывной волны от обстрела. Большинство работников получают по 6 200 гривен в месяц. Городская программа «Зоопарк-100», принятая ещё в 2013 году, практически не финансировалась. Это реальные проблемы. Но это проблемы системные — и они существовали задолго до того, как кто-то взял в руки микрофон.
Кто и что украл — не доказано. Почему гибли животные — официальных и однозначных выводов нет. Какими именно были условия содержания в те ночи, когда фотографировали активисты, вопрос открытый. Но «поставил камеру ночью» ещё не равно «провёл экспертизу».
Комиссия была.
Один из важных фактов, который теряется в потоке эмоций: в Одесском горсовете была создана рабочая группа для оценки эффективности работы зоопарка и условий содержания животных. К дискуссии присоединились зоозащитники, присутствовал и сам директор Беляков. Заседание переросло в эмоциональный конфликт. То есть институциональный процесс шёл. Рабочая группа работала. Отчёт готовился. Решение об увольнении — или, мягче говоря, о непродлении контракта — было принято по итогам этого процесса городским головой. Это не самосуд толпы. Это, как ни относись к результату, механизм муниципального управления.
Земля дороже слонов?
Самый неудобный вопрос в этой истории — не «почему уволили Белякова», а «кому нужен этот шум и зачем».
Депутат городского совета Анастасия Большедворова прямо заявила: участок площадью 6 гектаров в центре Одессы уже давно привлекает застройщиков. Сейчас зоопарк использует около 4 гектаров, остальная земля, по мнению депутата, может стать объектом интереса бизнеса. Незадолго до этого возле мэрии анонсировали масштабный митинг против зоопарка. Вместо заявленных сотен пришли пятеро. Депутат предположила, что акция была организована формально: четверо из пяти участников по виду были несовершеннолетними, мероприятие длилось 14 минут. Большедворова иронично заметила: если за это кто-то платил деньги, их стоит немедленно вернуть. Кто стоит за интересом к этой земле? Называют разных игроков. В том числе — в связке с брендом «Немо», известным одесским развлекательным комплексом и биопарком. Но тут, «говорите тоже».
Беляков ушёл. И что теперь?
Несмотря на положительные изменения при Белякове, большинство вольеров выглядят архаично и не изменялись ещё с советских времён. Это факт. 13 лет — срок достаточный, чтобы подвести итоги честно, без ретуши в ту или иную сторону. Подводя итоги своего руководства, Беляков отметил, что за эти годы зоопарк существенно изменился к лучшему, хотя планов осталось ещё немало. Он не уходит совсем — обещает помогать. Это достойно.
Новый директор — Александра Швец. Молодой управленец на трудном месте. В военное время. С арестованным имуществом. С уголовным делом на подрядчика. С активистами, которые уже точат следующий публикационный залп. Удачи ей.
Наша позиция
Мы не за Белякова. Мы не против него. Мы не за активисток, которые умело работают с медиаповесткой, и не против тех, кто подписывал петицию в его защиту. Мы — за животных. За слониху Венди, которой нужен тёплый вольер. За льва и медведицу, которым нужно достаточно места. За зоопарк, которому нужны деньги, а не камеры.
Комиссия была. Решение принято. Беляков ушёл — как уходят все, у кого заканчивается контракт. Это нормально. Это жизнь. Новые люди приходят на старые места — в этом и состоит движение вперёд. Но пока все хайпуют — одни на теме «спасите зоопарк», другие на теме «закройте зоопарк», третьи тихо зарятся на шесть гектаров в центре города — животные просто живут. Едят. Болеют. Иногда умирают от старости.
Им всё равно, кто директор. Им важно, чтобы было тепло, сыто и не страшно.
Об этом и стоит думать. А не кричать.
